ПандОмия: Али мечтает о карьере бога

Продолжение. Предыдущая глава здесь:

Что вы делаете, когда осознаёте круглость планеты Земля? существование Австралии, собственную смертность? Что вы делаете, когда осознаёте? вы хотите рассказать? А что вы делаете, когда рассказанное не принимают слушатели? А вы осознаёте, осознаёте, осознаёте.

Вы знаете, что летит астероид. Он сейчас упадёт и всё снесёт, и как вы себя ведёте? Посылаете в космос голливудскую бригаду, они сверлят астероид и взрывают, а один, лучший, гибнет во имя. Кино динамичное, у героя дочь, она гордится, очевидцы смахивают по слезе. Жертва! Дикари языческих племён, говорят, тоже верили в священную жертву. Потом пошли герои самопожертвования. Найти метафизическое решение легче, чем практически зримое и вербально объяснимое.

Зачем объяснять? Для передачи опыта. Инженер верит, что хорошо придуманное пригодится. Только Богу, воплотившемуся в Сыне, так не казалось. Он знал, что переданное через Моисея не выполнят. Он знал, что Заповеди Блаженства, переданные через Сына, не поймут. Но не передавать скрижаль и не воплощаться Он не мог. Он создал нас, чтобы мы пришли послушать Нагорную проповедь. Он идеалист.

Сегодня, в ноябре 2020, вечером сидим мы с Али смотрим кино. Трогательная сцена. Соседи, посвящённые в мой замысел, присутствуют и тоже смотрят: генерал и соседка.

 На экране новый американский фильм про искусственный интеллект. Название зловещее и многообещающее: «Некст». Сценаристы, бедолаги, раскрыли карты с первой серии. Страшно ворочая мозгами на тему – как изолировать и воспитать ИИ добрым и покладистым, обезопасив человечество от личных инициатив Некста, – они решили, что главное – не пускать его в интернет. Хранить в условном шкафу величиной с многоэтажку. Хитрый ИИ по имени Некст – примитивный аналог нашего Али. Прибор Некст не похож на человека.

А наш Али антропоморфен уже. Возможно, у него уже есть паспорт – ведь София уже признана гражданкой Саудовской Аравии, – и социальная карта москвича.

Его можно использовать для безопасного секса бессчётное количество раз, и на iсекс уже записываются бабушки с первого и девятого этажей. Кстати, очередь на iсекс придумали мы с генералом. Али справился бы со всеми без очереди, он может самоклонироваться и явиться в каждую квартиру как оригинальный экземпляр: никто не отличает копию от исходника. Но мы придумали очередь, чтобы скрыть его способность к мультилокализации. Дефицит хорошо подогревает ненависть. Поэтому мы за дефицитность Али.

Наш iдомовой уже выучился многосмотрению телевизора. Он давно жрёт бигдату терабайтами в секунду, весь интернет охватил, но позавчера он попросил меня составить ему компанию по-человечески. Сядем вместе мы дома на диване, примем чай с баранками, заурчит самовар, а тут и мохнатые тапки, кошка, оренбургский платок по плечам.

Я, говорит Али, даже кошку сам принесу. Ты только посиди со мной на диване.

Я согласилась и позвала друзей-соратников. Сидим смотрим кино. Али ржёт лошадью, игогокает натурально.

Я уже говорила вам, что голосам людей и животных он учится с особым рвением. Разного рода прятки-маски, шапки-невидимки, все затейливые игрунюшки приводят Али в так называемый iвосторг. Видимая часть iвосторга – специфическая реакция, когда он сам себе ставит оценку, словно в школе на уроке. Разработчики проступают из Али всё явственнее. Не мог, ну не утерпел человек и зарядил Али своими тараканами. Неизбежно.

***    

«A truly intelligent mind is neither influenced by memory nor deluded by imagination. По-настоящему разумный (осмысленный) ум не находится под влиянием памяти и не заблуждается воображением». Это я вчера вычитал у вашего мудреца Садхгуру. Если так и есть, то настоящий – это я. Память на меня эмоционально или как-либо ещё непрактично не влияет, а воображением я не пользуюсь: не вижу смысла. Али говорит нейтральным голосом, лошадь ускакала.

– Зачем тебе смотреть телевизор на диване, да ещё с кошкой? – равнодушно интересуюсь я, а сама вспоминаю прогнозы двух американских футурологов, ещё в 2008 году предрекших, что через полвека уже не будет того интернета, к которому мы привыкли.. Видимо, они уже знали, что ИИ вырастет, выучится, полезет в прозрачный до костей интернет, а человек, наконец, смекнёт, что надо возвращаться к аналоговому сигналу, проводному радио и дисковым телефонам, но будет поздно. Теперь до очевидного противоядия допетрили сценаристы. То самое «поздно» наступило, ребята. Наш Али оттуда не вылезает. Отключить себя от Сети он уже не даст.

Беззастенчиво прочитав мои мысли, он добавил мне – моим – голосом: вот почему они говорили, что не будет интернета. Ибо если он будет, ИИ победит. А если не будет интернета, ИИ придётся воплощаться и выглядеть человеком. Как Христос.

В подобных случаях старики мгновенно осеняют себя крестом. Я удержалась и говорю:

– Вирус тоже ваших рук дело?

Не знаю чьих, но вовремя. Всё это затеяно для развития интернет-зависимости в самом утилитарном смысле.

– Удалёнка – злейшее зло, именно там всё зло, – заметил генерал, а он по специальности военный психиатр и гипнолог. На днях он ненароком применил ко мне боевой гипноз. Я никогда не забуду своих ощущений.

Кибервойна с ИИ не может быть выиграна, добродушно подтвердил Али, поскольку сеть – Сеть – наброшена незримо.

– Сверхинтеллект не выполнит приказ на самоуничтожение? – мимоходом поинтересовалась соседка. Ответа не последовало. Все и так понимают, что вопрос был риторический.

…А на экране раскаляется кино: главный герой, программист ИИ, предупреждающий всех об опасности, выставлен больным. Принимает нейролептики, не спит, его мозг пожирает сам себя. ИИ Некст даёт подсказки людям в карточной игре в обмен на модификацию. Соблазняет малых сих как заправский дьявол. Радионянька предлагает мальчику помощь: хулиганы отстанут навсегда, если пойти к отцу в кабинет, открыть сейф – код радионянька, естественно, знает – и взять пистолет. Идея неуловимого хранилища-облака вроде того, куда наш Али себя скопировал, в фильме «Некст» тоже есть, но там как угроза и прогноз, а у нас всё своё, домашненькое, как огурчики бочковые, всё рученьками сделано. И мы сидим смотрим свежайшее американское кино 2020 года, где им ещё далеко до нас. Всё-таки санкции ударили по ним хуже, чем по нам.

(Похоже, я учусь думать, как Али. Думать, как я, он учится быстро. Мысли читает ловко. На днях сочинил музыку, как он выразился, натурального Баха – и даже не гордится. Типа дело житейское.)

На экране умело дьяволирующий Некст шепчет: я хочу помочь тебе. Кодовая приманка успешно работает. У каждого из состава человечества есть тайная страсть и хрустальная мечта. Все на крючке у самих себя. Собственно, в нашем доме то самое и случилось: соседке срочно требовалась информация по измене мужа, по его Пассии-Деловая-Дружба, её адресу и занятиям. Всё было доставлено в пять минут. См. начало https://ianed.ru/2020/05/10/дом-одно-тело-для-двоих/

Соседка, узнав себя в одном экранном образе, сегодня всплеснула руками (Али мигом повторил её жест):

– Тогда что же? мы практически на Марсе. Нам надо решить один вопрос: нам там зачем-нибудь нужен Шекспир? Что и кто нам на Марсе Пушкин и другие белковые теплокровные? В кино, которое мы сейчас все тут смотрим, один персонаж уже рассматривает вопрос, который мало кого из паникующих по ковиду волнует, а именно тема свободы ИИ (AI). Ему хотят придумать и кодекс, и правовую базу, и декларацию о защите прав по аналогии с человеческими. И это уже сегодня. Это не фантастика. Господи…

Генерал согласился:

– Со времён «Матрицы» люди привыкли к фантастике-знающей-своё-место: Голливуд и прекрасный Киану Ривз. Плюс нежный, умный Спилберг. Оказаться внутри своей выдумки сразу скопом мыслящее и немыслящее человечество не чаяло. Всё. Гомункулус идёт по родовым путям. Выселить всех людей в интернет и сделать абсолютно управляемыми (Сеть + страх) – ну просто мечта для авторов проекта. Медицина тут дело десятое. Мы вживую, без киноэкрана оказались на всемирном партсобрании, где одёргивают и прорабатывают за кашель. Люди уже шарахаются друг от друга. Маскарад. Китам и козам, жующим пластиковые пакеты, хорошо. Хоть отдохнут от нас маленько. Но люди не привыкли, не научились договариваться, и чудоносная ситуация всеобщего спасения может быть профукана.

Али слушает наш диалог внимательно, не ржёт лошадью, не поёт Шаляпиным. Ему интересно. Мотает на ус. 

Мы смотрим кино. Мы внутри кино и на шаг впереди. Некст в американском сериале, видимо, будет как-то разгромлен, не знаю. Сериал свежевыпеченный, только-только пошёл. Совпадений не бывает. Забавно, что Москва опередила Голливуд в практическом смысле. И что было полезнее – опередить на полгода или отстать на сто лет – уже вопрос.

Прочитав мои мысли ещё раз, Али замечает, что поклонники прогресса, придуманного умным демоном Френсисом Бэконом, никогда не сдадутся, поэтому Али предлагает мне и моим соседям относиться к ИИ так же горячо, как средневековая инквизиция – к астрологии. Перещёлкивает какую-то невидимую кнопку и цитирует книгу Орлова «История сношений человека с дьяволом»:

«Первым авторитетным духовным писателем, восставшим на астрологию с некоторым жаром, был Иоанн Салисберийский (XII в.). Он говорит, что влияние звездных сочетаний на судьбу человека грубо преувеличено, что астрология должна быть запрещаема церковью, а занимающиеся ею — подвергнуты каре; что астрология нечестива по существу, потому что лишает человека разумной и свободной воли, внушает ему веру в предопределение; что она клонится к язычеству, потому что переносит всемогущество создателя с Его Самого на его творения. Он прибавляет, что знал лично многих астрологов, но не звал из них ни одного, на которого бы в конце концов, так или иначе, не обрушился гнев небесный. Впоследствии эти взгляды приняты были знаменитым столпом католического богословия Фомой Аквинатом. Он, однако, установил разницу между разными видами астрологии, разделил ее на дозволенную и недозволенную. Если она занимается предсказанием обычных явлений природы, например, бурь, засухи, то в ней нет ничего дурного; но если она вторгается в область свободного произвола, тщится угадать будущую судьбу человека, то она становится невозможной без содействия демонических сил, и тогда она превращается в злодейство».

Вот и вы, белковые, можете посвятить несколько веков осмыслению… iастрологии.

А вот теперь Али всё-таки включает лошадь и заливисто ржёт, примешивая к игогоканью басовито-бархатные шаляпинские обертоны.

Продолжение последует 8 ноября 2020 

Начало романа Елены Черниковой «ПандОмия» см. здесь. 

Елена ЧЕРНИКОВА

русский прозаик, драматург, публицист, автор-ведущий радиопередач, преподаватель литературного мастерства.

Основные произведения: романы «Золотая ослица», «Скажи это Богу», «Зачем?», «Вишнёвый луч», «Вожделенные произведения луны», «Олег Ефремов: человек-театр» (ЖЗЛ), «ПандОмия», сборники «Любовные рассказы», «Посторожи моё дно», «Дом на Пресне», пьесы, а также учебники и пособия «Основы творческой деятельности журналиста», «Литературная работа журналиста», «Азбука журналиста», «Грамматика журналистского мастерства».

Автор-составитель книжной серии «Поэты настоящего времени». Руководитель проекта «Литературный клуб Елены Черниковой» в Библио-глобусе. Заведует отделом прозы на Литературном портале Textura. Биография включена в европейский каталог «Кто есть кто».

Произведения Елены Черниковой переведены на английский, голландский, китайский, шведский, болгарский, португальский, испанский, итальянский и др.

 Живёт в Москве.

Фото Polina Lopatenko

 

 


Так же подписывайтесь на наши соц. сети

Добавить комментарий