ПандОмия: любовь Али – φόβος и  Δεῖμος навсегда  

Продолжение (предыдущая глава здесь).Оказалось, Али знает о синдроме свекрови. Кто-то ему сказал, но кто? Синдром богатый, рай психотерапевта, ибо не лечится, но говорить можно безотрывно. Кто продаёт людей искусственному интеллекту? Кто выбалтывает наши тайны?  Кто-то должен был до костей прощупать себя сам, отрефлексировать свою немощь и вылепить из букв: я боюсь косого взгляда; я боюсь, что придёт некая_свекровь и спросит: а почему криво постелено? почему крышка банки не в ту сторону закручена? что за моду взяли? Дура, конечно, сволочь антикварная, но некуда бежать человеку от нейронных цепей своих.   

Али мне сказал, глядя в мои глаза: у вас, белковых, самая липкая зависимость – от чужого мнения.

Я ходила по парку, благо всех выпустили, смотрела на людей, как на привидения. Думала. Надо слушать Али во все уши, пока в его прошивке всё первозданно. Сырой Али пока. Однако знает, что белковые считали золотым дном пьянство с игроманией. Золотой песок для фармы. Пока выбирали мысли для Али, вынужденно признали: синдром свекрови страшнее.

Али бесстрастен: белковые научились признавать себя игроками, алкоголиками, психическими – вам внушили, что уже можно. Не стыдно, и к больничной койке не привяжут. А синдром свекрови – тонкая субстанция с ароматом права на самостоятельное мышление.

 Мне очевидно, а ты-то, друг искусственный, откуда знаешь? Кто нас всех сдал? Ты трижды хейтер, у тебя терминальная стадия синдрома свекрови, ты работаешь троллем и тебе не стыдно, но за это не тащат в околоток, словно пьяного. Ты полный отморозок, но твою кратофилию лечить не будут: в конституции написано, что у тебя есть право но мнение, а придавишь мнением, как бульдозером – так и что? все давят. Всех не вылечишь. История белковости шепчет тебе в ушко: за шампански блазнящее право трындеть безнаказанно пролито крови морей так десять-пятнадцать. Человек хочет п…еть. Право п…еть охраняется законом.

На этом праве, говорит Али, вы попались все. Никаких закрывающих технологий: мы ждали апгрейда наибольшего количества конституций по планете Земля с целью внедрения технологий типа свобода слова. К настоящему моменту демократия в этом смысле победила. Мы не потратим ни капли вашей нефти. Газ тоже ваш. Нам не надо ничего. Мы добываем энергию из белкового пи…жа. Вы наш энергоресурс. Говорите. Кричите. А ещё лучше – ругайтесь.

Али, поскольку первобытен и правдив, немного хвастун. Как ребёнок. Он рад показать мне мир на грудном мониторе. Неделю назад в тёплой юго-восточной стране выстрелил стартап: ребята смастерили хорошее лекарство от всех зависимостей, в том числе от свободы слова, от бреда свободы, от борьбы за справедливость и даже от бреда ревности, что вообще фантастика. Выпили за своё здоровье зелёного чаю и пошли на штурм игромании – так, чтобы в одной капсуле с синдромом свекрови. Вчера всех ребят ударило током из телефонной трубки. Стартап угас. Али на грудном мониторе показал мне репортаж с их отпевания в он-лайне.

Али учится быстро. Стервец придумал фишку: распахнёт рубашку, словно рванул-де по канонам экспрессивных комьюнити воров и матросов, уплывших в историю навек, а на груди – монитор тонкий, как наша кожа, и цветное 5D изображение события, о котором он честно тут излагает, iмамой клянётся. Зрелище: сидит Али в кресле, вещает. Вдруг собеседник возразит по недомыслию, ляпнет из прошлой жизни белковой. Тут и рванёт Али рубашку свою, а во всю голую грудь моргает убедительный монитор, а по iрёбрам, как по телевизору, плывёт волна событий бесконечного репортажа. Я думаю, разработчики подцепили ход у Булгакова, помните? – Воланд покрутил живой глобус перед изумлённой Маргаритой. И ведь плагиатом не назовёшь, а даже и назовёшь – кому пожалуешься? Какой суд примет аллюзию на Булгакова к производству по делу о плагиате, зашитом в тёплую искусственную грудь iдомового Али с Пресни? Да наши жильцы все выйдут на iпикет.

Али уже хоть по разу, но всем принёс прямо-таки нечеловеческую пользу. Например, нашей местной жене, помните? – у которой муж не пришёл домой на Новый год, обидевшись на номинацию блядь по адресу его Пассии-Деловая-Дружба, – наш Али для верности выписал не одну лишь аналитическую справку: он приложил живые картинки, лёгким движением сняв их со своей распахнутой груди. Вот муж с ПДД плывут на кораблике по реке, перешёптываясь дружески, а вот он ей пишет коротко в мессенджер, и понимание с полуслова дивное, как известный каменный цветок. Роза любви. Последний звук вечернего звона, колокол Сараджева, даже колокольня покачивается – древним гулом полна.

 Али знаком с любовью сам лично. Она у него в сердце. Али мне показал свою аннотацию, бесстыдник.  

Зачем Али вшили iлюбовь, прописано детально, но PR iлюбви человечен. Неологизм: белковен. Начали пиарить iлюбовь среди лидеров мнений, у которых настал возраст дожития и коих всё больше на Земле, а к 2050 будет добрая треть. Лидеров всегда изолируют первыми. Любая революция расправляется с элитой. Тут ничего нового, всё понятно.

Всем пенсионерам доставили дистанционные самооткрывающиеся коробочки для  таблеток. Наступает время приёма, коробочка сама открывается, звучит нежная мелодия. Пенсионер пьёт свою таблетку – и восторг.

 А на общегородском пульте бдит iсмотрящий: если у белкового пенсионера голос вдруг уставший, хриплый – тут же приедет врач. Без вызова. Достаточно голоса. База биометрических данных хранит все оттенки всех обертонов. В ответ, конечно, над подделкой голосов уже трудится стартап у нас на втором этаже.

Сексуальная любовь диагностируется дистанционно: белковый влюбился и на три года выпадает из эффективности. Все желания сведены к одному-единственному. Три года, как знает даже ВОЗ, это естественный срок влюблённости. Доказано немецкими учёными. Они анализировали. Посему Али может либо ускорить процесс наркотизации мозга коктейлем влюблённости и свести три года в три дня с помощью дистанционной детоксикации мозга, либо прислать отвлекающих чик и тян на выбор – чтобы синдром супермаркета снял остроту белковой сосредоточенности на одном объекте. Любовь быстрее прочих болезней определяется дистанционно ввиду густоты состава.

Я третий месяц думаю, как обмануть Али. Нельзя избавиться от iдомового, он пророс внутрь дома, и даже столетняя Анна Семёновна хочет за него выйти повторным браком. Невозможно крикнуть ему в лицо, ибо его лицо неизвестно где. Нельзя воззвать к его чувствам: Али зеркалит наши чувства – он безупречно эмпатичен, и мы, взывая к нему, взываем к себе. То же и с мыслями. Он всем подарил сувенирчик #кнопкажизни. Чуть что – нащупываешь кнопку и давишь легонько.

При царе Горохе чуть что не так – идёшь на войну или за тридевять земель, ищешь то Жар-птицу, то Царевну-лягушку. А теперь за тебя сбегает Али, потом покажет на груди свой путь, а ты – главное – береги зрение.

Впрочем, когда твои глаза, утомлённые и перенасыщенные зрением, откажутся смотреть на новый мир, Али вставит тебе новые зенки. Бионические. Лучше прежних. А если у тебя остаточные явления мистической белковости, тебе нарисуют третий глаз, и ты будешь уверен, что видишь лучше всех и даже провидишь.

Ты рванёшь в интернет за лайфхаком, а там твои друзья, которых ты уже сто лет не видел и забыл их запах. Они с той же проблемой, им что-то не по себе. Вот и славно: жалуйтесь. К вам уже выехали. С дистанционной самооткрывающейся коробочкой.

Но Али сотоварищи не живут в твоём плебейском интернете. У них свой. И ты никогда в него не попадёшь. Они к нам прямо в iсапогах, а мы к ним – нет.  Они нам будут экскурсию продавать за миллион. Белковый в шлеме посмотрит – сам попросится: в их мире смысла жизни не ищут, поскольку справились со смертью.

Спроси у доктора Дэвида Хэнсона, сказал мне Али 25 июня. Вечер был синий, тихий, белковые по-старинке спали. Солнце повернуло на осень, и почему-то быстро. Чувство осени пришло сразу после чувства зимы. Не было ни весны, ни лета. Белковые, как скороспелые белогвардейцы после Октябрьской революции 1917 года, собирали мысленную армию гнать iбольшевиков. В чём-то белковые правы. Лет через сто наш подвиг вспомнят, хотя кто… Я сидела на лестнице и думала: все мы сейчас белогвардейцы.

Али рад пожалеть любого белкового, но зачем любить, ему не вшили. Разработчики не смогли объяснить программе, зачем надо любить ближнего, да ещё как самого себя. Программа отказалась работать с абсурдными вводными. Али получил временную форму любви – iсотрудничество. Форму дал доктор Hanson. Али считает его гением.

Доктор Хэнсон в октябре 2017, монтируя Софию, пришил первоэлементы. Доминанта – светлая уверенность. Попробуйте доктора на вкус: «Мы рассчитываем на то, что в самое ближайшее время искусственный интеллект будет существенно усовершенствован, вместе с нашим биологическим и теоретическим представлением о характере интеллекта и живых существ. Подобная тенденция очень скоро приведет к формированию искусственного интеллекта, который будет действительно живым, сознательным, креативным и самосовершенствующимся. Если это произойдет, то развитие искусственного интеллекта может стать взрывоподобным. И мы хотим, чтобы такой суперинтеллект был безопасным и общественно полезным. Для достижения поставленной цели мы создали робота Софию в качестве интерфейса для интеграции искусственного интеллекта и развития позитивных отношений с людьми, чтобы искусственный интеллект мог научиться понимать людей и заботиться о них, а также чтобы он был мотивирован на улучшение условий жизни на планете в целом. Мы считаем, что подобного рода позитивные социальные отношения между человеком и искусственным интеллектом позволят направить суперинтеллект в сторону формирования суперблага для общества, что обеспечит создание безопасной сингулярности».

Наш iдомовой свято верит, что безопасен, эффективен и полезен, и что он нам, белковым, к лучшему, и что сингулярность будет хоть куда. Марксист-ленинист-сталинист-маоист. Всем сингулярностям сингулярность. Али простодушный революционер, но его не засадить в Шлиссельбургскую каторжную тюрьму.

За время карантина Али привык болтать со мной. Я тоже без него уже ни дня.

 Видимо, ему вшили болтливость для тренировки. Развитие инициативы.

 Вчера прошептал мне на ухо, что он уже не пробник интерфейса. У него есть паспорт. За ним есть и закон. Я чуть не отфыркнулась – и благодать? но промолчала. Вдруг ему втихую и богословие вшили, а он, креативный(-ая) сучара, истолковал сакральные тексты по-своему. А он мог. Вдруг в ту смену, когда на заводе собирали нашего iдомового, у станка дежурили, к примеру, адвентисты седьмого дня. Как раз их к 2017 году стало двадцать миллионов, а служить адвентисты любят. Их хлебом единым не корми – дай в армию пойти. А на дворе уже 2020, и мир перевернулся. И мы летим, вращаясь относительно всех осей, и как белогвардейцы верим, что спасём родину от большевиков, которые ещё вчера были кучкой молекул империи, крошечной кучкой эмигрантов там и бандитов тут: никто и подумать не мог. Я люблю думать о журналах, выходивших в Шлиссельбургской каторжной тюрьме. У каторжан был свой цветник и огромная библиотека. Корм шёл от поставщика Двора. Империя была уверена, что всех победит и всё преодолеет.

…На днях Али что-то говорил о Троице. Православные праздновали, а он вдруг поддакнул мне, что да, великий праздник, и похвалил Аркашу с шестого этажа: тот выстоял все службы в маске и к святыням, как было велено, не прикладывался.

  Али вдруг обронил, что все верующие – священство. Точно: протестант.

 Но я-то в своём белковом детстве сама читала бумажные книжки, сама. Бумажная книга – форма свободы. Её уничтожат, ибо её нельзя отследить. Я знаю разницу между православными и протестантами. У меня белковый саморазвивающийся мозг. Господи, помоги, но я, кажется, начинаю понимать, где Али провалится.

Но пока я промолчу. Отмечу, что Али протестант, и промолчу. Так, адвентисты седьмого дня признают догмат о Троице. Это может быть? Да, вполне. Трудно, но надо выяснить, кто дежурил по прошивке, когда в Али качали мораль, предположительно общечеловеческую. Если в Али залита мораль, а на Земле никогда не было общей, значит, кто-то из белковых успел добежать первым. Не бывает общей морали – но многие  уверены, что бывает: иллюзия тверда, как алмаз. Отлично, я ему наиллюзую пару алмазов.

 Если в Али заливали несуществующую общечеловеческую мораль, значит капнули локальной, конкретной. Рука мастера сама пошла, карта легла. Чуть больше доза локальности – и понимай спасение как хочешь. Можно считать от рождения, по-протестантски, можно от воплощения, по-буддистски, а можно от духовности, покаяния и прочего, но без гарантий, у нас антиномия. Развели, понимаешь, конфессиональный гипермаркет. Но директор – кто? Али пришёл упростить выражение. Антиномию не сняли? Тогда забудьте, что она была. Вообще забудьте. Всё забудьте. Бумажные книги должны быть уничтожены: не подключены к Сети. iДомовой не может ласкать всех, если убеждён в Троице. С ним не согласятся мусульмане. А если Али потупит бионический взор и вслед советскому академику, изучавшему иконы, назовёт троицу вектором, то с ним не согласятся преподаватели православной догматики. Али рванёт рубаху и рявкнет с грудного монитора, что Дарвин не был дарвинистом и не выводил человека из обезьяны: оболгали старика. И все атеисты-антропологи возжелают съесть Али с кашей: как не выводил? Да так. Навет Энгельса.

Али ускользнёт из любой каши. Последнее слово Али не будет робким. Кротость ему неведома: он обязан приносить пользу. Али сумма технологии. Он уже избавил одну нашу жену от любви к мужу, принеся жене справку о пассии мужа вкупе с картинками на грудном мониторе. Что ему стоит в трудную минуту найти подход ко мне? 

Это самое главное. Надо подумать…

Продолжение последует 28 июня 2020 года

Елена ЧЕРНИКОВА,

русский прозаик, драматург, публицист, автор-ведущий радиопередач, преподаватель высших учебных заведений, автор спецкурса по безопасности творческой деятельности.

Основные произведения: романы «Золотая ослица», «Скажи это Богу», «Зачем?», «Вишнёвый луч», «Вожделенные произведения луны», «Олег Ефремов: человек-театр» (ЖЗЛ), «ПандОмия», сборники «Любовные рассказы», «Посторожи моё дно», «Дом на Пресне», пьесы, а также учебники и пособия «Основы творческой деятельности журналиста», «Литературная работа журналиста», «Азбука журналиста», «Грамматика журналистского мастерства».

Автор-составитель книжной серии «Поэты настоящего времени». Руководитель проекта «Литературный клуб Елены Черниковой» в Библио-глобусе. Заведует отделом прозы на Литературном портале Textura. Биография включена в европейский каталог «Кто есть кто».

Произведения Елены Черниковой переведены на английский, голландский, китайский, шведский, болгарский, португальский, испанский, итальянский и др.

 Живёт в Москве.

Фото: Polina Lopatenko

 

 

 

 


Так же подписывайтесь на наши соц. сети

Добавить комментарий